США перекрыли финансирование «Северного потока‑2»

Eщe в нaчaлe aвгустa мeждунaрoднoe рeйтингoвoe aгeнтствo Moody’s oтмeтилo, чтo стрoитeльствo трубoпрoвoдa «Сeвeрный пoтoк‑2», кaк и «Турeцкoгo потока», может быть задержано новыми антироссийскими санкциями Соединенных Штатов, которые распространяются на финансирование этих проектов.

Стоимость строительства «Северного потока‑2» оценивается в 9,5   млрд евро, 30% вкладывают «Газпром» и его европейские партнеры   — Engie, OMV, Royal Dutch Shell, Uniper и Wintershall, которые, естественно, привлекают долгосрочные кредиты. До появления последних санкций компании уже инвестировали $1425   млн. Оставшиеся 70% должны были быть покрыты проектным финансированием со стороны европейских банков.

Тут и может возникнуть заминка. 13 сентября глава австрийской OMV Райнер Зееле признал, что новые американские санкции в отношении России «начинают мешать» строительству «Северного потока‑2». Растет вероятность того, что 70% его финансирования может зависнуть из-за рисков, которые возникают перед банками. «Газпром» же, как и министр энергетики РФ Александр Новак, неоднократно выступал с заявлениями, что реализация проекта продолжится, несмотря на санкции. Очевидный выход   — рост финансовой нагрузки на «Газпром».

14 сентября «Газпром» объявил об увеличении капиталовложений на текущий год по сравнению с предыдущим проектом бюджета примерно на $3 млрд. Для исполнения своих обязательств компания планирует привлечь около $5   млрд. заемных средств. С   одной стороны, рост бюджета капиталовложений в конце года   — обычное дело. С   другой   — совершенно очевидно, что «Газпром» инвестиционно перенапряжен из-за одновременного строительства трех крупных трубопроводов: «Силы Сибири», ведущего в Китай, «Турецкого потока» и «Северного потока‑2». Дополнительные по сравнению с более ранними планами затраты на «Северный поток‑2» приведут к росту задолженности.

По прогнозу Sberbank Investment Research, внешняя задолженность «Газпрома» к концу 2017 года может вырасти до $40   млрд. Пока привлечение новых заемных средств трудностей не вызывает, но уже под вопросом оказывается повышение дивидендов. К   тому же санкционная война пока идет только по нарастающей.

Финансовые трудности не единственные, с которыми сталкивается «Северный поток‑2». ЕС в очередной раз стремится примерить на этот проект нормы «третьего энергетического пакета», который запрещает объединение в одном лице собственников на энергоресурсы и на инфраструктуру их доставки. Но, учитывая критическую важность поставок российского газа, ЕС готов к компромиссным вариантам: собственником «Северного потока» может остаться «дочка» «Газпрома», но при передаче текущего управления независимой компании или при появлении независимой компании по прокачке газа.

«Северный поток‑2» дается «Газпрому» большой кровью. Проект пришелся на время взросления собственно газового рынка. Выясняется, что появляются новые крупные спотовые игроки, что труба может обернуться против поставщика, так как гарантирует привязку к себе именно поставщика, а не покупателя. На новые рыночные технологии накладывается нормальное стремление ограничить крупнейшего поставщика, в чем изначально нет ничего антироссийского. Ну и, конечно, все усугубили политика и санкции.

«Северный поток‑2», конечно, будет запущен. Но цена для России точно окажется гораздо выше первоначальных планов.

Выводов отсюда немало. И со стороны политики: она при прочих равных условиях тем эффективнее, чем лучше отвечает потребностям продвижения экономических интересов. И   со стороны экономики: она тем больше позволяет политике, чем сама диверсифицированнее.

Лучшее в «МК» — в короткой вечерней рассылке: подпишитесь на наш канал в Telegram

Комментарии и пинги к записи запрещены.

Комментарии закрыты.